всякого садового инвентаря. Часто ложились спать го
лодными.
Днём была служба, куда надо было шагать пешком
по семь верст туда и обратно; вечером, до поздней ночи,
и рано на зар е— с двух часов утра — работа в саду.
Вот в таких условиях был основан первый в истории
плодоводства России питомник, работа в котором велась
новыми методами.
Только через год, когда сад стал приносить неболь
шой доход от продажи саженцев, Мичурин смог оставить
службу на железной дороге и целиком отдаться любимо
му делу.
Часовая и оптическая мастерская в Козлове была
закрыта.
Правда, в рабочей комнатке Мичурина, в небольшом
домике, построенном, наконец, в Турмасове, висели часы
разных систем и размеров, но теперь Мичурин лишь из
редка занимался ими.
'Неутомимый исследователь и философ, в периоды не
удач в саду, он снова, как в дни молодости, брался за
часы. Разбирая и собирая их, обдумывал причины своих
ошибок.
И не только над часами трудился он. Маленькие тиски
и токарный станок, стоявшие в углу, знали и другую ра
боту. Он сам смастерил опрыскиватель для растений, ба
рометр, окулировочный нож, затем окулировочную ма
шинку, за которую через несколько лет немцы предлагали
патент и большую сумму денег. Но эти занятия интере
совали его только как возможность улучшить, рационали
зировать работу в саду.
Всё же главной заботой и работой был сад. Если пре
жде Мичурина называли в городе «Наш часовщик», то
теперь он получил новое прозвище — «Садовод из Коз
лова».
* * *
Освободившись от службы, Иван
Владимирович
почти безвыездно жил в Турмасове, отдавая работе в саду
не редкие часы досуга, а весь свой день.
Перенесённые на тучную плодородную почву деревья
быстро оправились, некоторые из них приносили урожай
и радовали неутомимого хозяина.
«Торговый питомник», как его называл Мичурин, всё
48