138
Статьи по селекции и генетике
с местом его происхождения, вследствие чего в наших садах появилась
масса
сортов заграничного
происхождения,
выведенных
[(полученных)] там при совершенно других климатических условиях и поэтому в большинстве негодных для новой, непривычной
для них среды.
Сколько потрачено было труда и средств в приложении различных [(и)] иногда довольно хитроумных, а по большей части до смешного наивных способов пресловутой акклиматизации, а [(но)] результаты, в конце концов, получались почти всегда плохие [!]. Такие
сорта насильственно перемешанных растений, за очень редкими
исключениями, едва-едва влачат у нас свое жалкое существование,
постепенно чахнут и, наконец, совершенно погибают или вырождаются до того, что приносят плоды по своим качествам гораздо
хуже наших старых местных сортов.
Все эти различные иностранные выходцы вырождаются у нас
не от одной плохой обработки почвы, как это принято утверждать,
а главным образом от невозможности искусственно дать этим растениям необходимые для их полного развития климатические условия,
при исключительном воздействии которых и создались эти сорта на
родине. Обратите внимание: целые столетия мы перетаскивали к себе,
платя большие деньги и затрачивая совершенно напрасно труд и
время, различные заграничные сорта ренетов, кальвилей, бере, дюшесов, ренклодов и т. п. сокровищ, а между тем и до настоящего времени только один Крым да западная Украина с грехом пополам
доставляют на наши столичные рынки лишь жалкое подобие тех
плодов, какими мы их получаем [еще] до сих пор в огромных количествах с их настоящей родины, из-за границы.
Про центральные же местности северной и средней полосы
России и говорить нечего: мы до сих пор пестуемся с случайно
посланными нам судьбой Антоновкой, Анисом, различными репками,
плодовитками и чуть ли не единственным съедобным сортом груши —
Бессемянкой.
Возьмем еще для примера вишни. Что у нас есть хорошего из
сортов этого, кажется, совершенно неприхотливого, но очень доходного ягодного кустарника? Ведь нельзя указать почти ни одного
сколько-нибудь значительного по размерам коммерческого сада
в местностях средней России, не говоря уже о северной ее части,
засаженного постоянно рекомендуемыми нашими торговыми заведениями различными английскими, французскими и голландскими сортами морелей, натов, гриотов и т. п. Тут опять, за исключением
западной Украины и Крыма, в остальных местностях ничего подобного не найдете. Везде по необъятной шири центральной России
фигурируют одни лишь полудикие заросли, немые свидетели того,
что тут когда-то были посажены выписные [(выписанные)], иностранные сорта вишен, но пришельцы не выдержали и в первые суровые
зимы поголовно погибли, а от уцелевших корней диких подвоев появились отпрыски [(побеги)], да и те не всякую зиму выдерживают
вполне благополучно, вследствие чего владельцу сада редко приходится пользоваться урожаем с них.
Затем довольно часто встречаются заросли
Владимирской
вишни, но последний сорт хорош и продуктивен лишь на почве
города
Владимира и его ближайших окрестностей; в других